Человечество превратилось в огромный концлагерь для медицинских экспериментов, и наши специалисты вольно или невольно принимают в этом участие. Хотя нам неизвестны не только отдаленные результаты применения этих препаратов, но даже побочные эффекты на сегодняшний день.

А вот еще одна цитата: «В 8 случаях из 10 заболевание COVID-19 вызывает осложнение других, имевшихся у пациентов заболеваний (сердечно-сосудистой и дыхательной систем, аллергий, хронических заболеваний нервных тканей). В четверти случаев, даже при протекании самого COVID-19 в легкой или средней тяжести, у выздоровевших пациентов наблюдаются тяжелые осложнения на легкие и способность эритроцитов крови переносить кислород».

Практикующим врачам известно, что до 38% декомпенсаций сердечной недостаточности, потребовавших госпитализацию, обусловлены инфекцией (либо вирусной, либо бактериальной). Точно так же пульмонологам давно известно, что любая вирусная инфекция вызывает обострение хронических заболеваний легких и бронхов. Более того, любая вирусная инфекция может стать причиной смерти у таких больных.

Пульмонологи хорошо понимают суть процессов, происходящих в интерстициальной ткани легких. Поражение межальвеолярных перегородок легких, в которых происходит насыщение крови кислородом, будет вызывать гипоксию (недостаток кислорода). Такие же процессы происходят при многих других болезнях легких, и для их лечения не требуется знание механизма внедрения вируса в клетку или теории происхождения вируса. На этой стадии противовирусное лечение уже смысла не имеет, здесь требуется как раз патогенетическая терапия.

«В Германии тестирование на COVID-19 проводится только при наличии не менее трех его симптомов, остальные случаи считаются простым ОРВИ и в статистику, даже в случае смерти пациента, не попадают тоже. Это затрудняет адекватную оценку ключевых факторов эпидемии. Например, по китайской статистике умирает 1-1,2% заболевших, по итальянской – от 8 до 14%, по американской – от 11 до 18%».

На мой взгляд, в Германии самый грамотный подход к статистике. В Италии врачи получают большую компенсацию за ковидных больных, поэтому имеют место приписки. Кстати, как и в любой стране мира. Немцы немного более щепетильны в этом отношении. При оценке статистических показателей надо знать также некоторые ключевые детали.

Например, есть расовые различия в переносимости интерстициальной пневмонии, как и гендерные. Известно, что мужчины переносят все пневмонии тяжелее. Мужской пол при оценке риска смертности от обычной пневмонии стоит на первом месте именно как самый высокий фактор риска летального исхода. И от коронавирусной пневмонии мужчины в среднем умирают в 2.7 раз чаще, чем женщины.

Азиаты, возможно, переносят легче интерстициальные пневмонии и умирают реже (судя по их данным, к которым также следует подходить с определенными сомнениями). Афро-американцы, наоборот, болеют чаще и умирают чаще от легочной патологии, и эти данные достоверны, публикуются на протяжении последних 15-20 лет.

По данным международных экспертов, есть болезни легких, в том числе саркоидоз, туберкулез, при которых заболеваемость и смертность афро-американцев в 5 раз выше. По коронавирусной инфекции было несколько публикаций с расовыми различиями (в том числе более высокая смертность афро-американцев), которые быстро исчезли. Именно поэтому в странах с большим удельным весом афро-американцев показатели смертности выше.

Следует также учитывать уровень оказания медицинской помощи. Понятно, что смертность в условиях стационара будет ниже, чем в палатке для беженцев. Публикации с гендерными различиями есть на профессиональных англоязычных сайтах, в которых имеются научно аргументированные данные (на уровне гормональных исследований).

Есть еще одна особенность, характерная для белой расы, и эти данные были изучены в нашем Центральном НИИ туберкулеза (фундаментальные исследования, которые не финансируются ВОЗ, потому что туберкулез – болезнь маргиналов) – иммунитет противотуберкулезный и противовирусный находятся в одном генетическом локусе у белой расы, т.е. они тесно спаяны.

Поэтому те публикации, которые имели место в начале пандемии о связи противотуберкулезного и противовирусного иммунитета, были научно обоснованы. Однако, очевидно, что их широкое распространение кому-то было не выгодно.

Несмотря на то, что кто-то считает, что публикации в интернете разносторонние, я четко вижу в медицинских изданиях жесткую фильтрацию в определенную сторону, а также исчезновение публикаций определенных экспертов, которым я доверяю больше, чем новоявленным карьеристам, чьи публикации больше похожи на медицинские сплетни, чем на серьезную научно обоснованную работу.

Коронавирус, безусловно, не самая тяжелая форма вирусной инфекции. Однако организаторам этой спецоперации надо было убедить весь мир в его опасности, надо было управлять заболеваемостью и смертностью, чтобы люди испугались. Поэтому ВОЗ убедил людей в необходимости противовирусной терапии без применения патогенетической, а также дал рекомендации по лечению коронавирусной инфекции противомалярийными препаратами.

Для обычных людей эта информация ничего не значит. Любому грамотному клиницисту понятно, что это – тяжелая бомбардировка иммунитета, и эти рекомендации способствовали значительному утяжелению течения коронавирусной инфекции, многочисленным осложнениям.

Спустя 9 месяцев международные эксперты признали, что рекомендации по применению хлорохинов были приняты под сильным политическим давлением. Насколько сильным и авторитетным было такое давление, можно только гадать. Насколько адекватны новые рекомендации по лечению коронавирусной инфекции? К чему приведет атака цитокинов, которые представляют отдельные звенья иммунитета?

Учитывая, что эти лекарственные средства не прошли необходимые клинические испытания. Однако многих врачей удалось убедить, что имеется острая необходимость применять именно эти препараты, о которых мы не имеем информации не только об отдаленных последствиях, но даже о побочных эффектах. Между тем как цитокиновый шторм эффективно блокируют цефалоспорины и респираторные фторхинолоны. Да и другие антибиотики, которые мы успешно использовали в 2009 г.

В этом плане очень эффективно работают онлайн конференции, которые дают возможность зомбировать сразу миллионы специалистов во всем мире, при этом отсутствие реального живого общения исключает тот бесценный обмен личным опытом и просто своим мнением, которые раньше были изюминкой любой врачебной конференции.

Сегодня стали появляться публикации о том, что показатели смертности занижаются, так как часть причин смерти трактуется, как смерть от тяжелой сопутствующей патологии. Авторы считают, что все, кто имеет положительные ПЦР, должны быть зарегистрированы в случае смерти, как умершие от COVID-19.

Это абсолютно безграмотно. Много ссылок на хроническую обструктивную болезнь легких (ХОБЛ), которая у этих авторов трактуется, как группа заболеваний – хронические бронхиты и эмфизема. Господа, с 2001 г. ХОБЛ – это самостоятельная нозологическая форма – т.е. одно самостоятельное заболевание (см. «GOLD 2001»).

Пациенты с ХОБЛ, как правило, умирают от обострений ХОБЛ, и в 4 стадии заболевания смертность почти такая же, как от рака легких. Причиной обострения ХОБЛ могут быть инфекции (вирусные, бактериальные, даже кишечные), а также неинфекционные, например, выброс поллютантов местного предприятия. Однако в справке о смерти грамотные специалисты указывают причиной смерти ХОБЛ, а не понос или загазованность.

Еще один аспект пандемии как успешной спецоперации – социальная изоляция. Любой психотерапевт скажет, что самым эффективным средством лечения легкой депрессии и тревожных расстройств является социальное общение. Посадить весь мир под домашний арест, запереть стариков дома, изолировать родственников друг от друга во всем мире без бомбардировок и минометов – просто высший пилотаж! И затем атаковать подготовленными материалами всех изолированных в четырех стенах, – это уже были легкие детали.

Таким образом, с прямой подачи ВОЗ имеет место:

– виртуозно аргументированная дезинформация по самым ключевым направлениям медицины,

– искажение ситуации, жонглирование показателями заболеваемости и смертности,

– насаждение дистанционного консультирования,

– целенаправленное вредительство в области рекомендаций по лечению (заодно продвижение экспериментальных лекарств, за которые платят сами налогоплательщики всего мира),

– механистический подход к диагностике и лечению (вместо принципа «лечить не болезнь, а больного» продвигается принцип «лечить показатели анализов»), и так далее.

Практически, речь идет о полностью управляемой пандемии.

Анна Иванова

Институт РУССТРАТ

Елена Панина, директор Института Русских стратегий – РУССТРАТ

Читайте нас на Яндекс Дзен: zen.yandex.ru/russtrat

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *